В категории: Научные и научно-практические исследования
Мир психологии
Проблемы человеческого бытия
Влияние изменений в заработке и статусе родителей
Вместе с психосоматическими симптомами, нарушениями поведения и особенно деликвентным поведением как последствиями социальных изменений, к которым семья не смогла приспособиться, в соответствующих исследованиях обнаруживается еще и такой эффект, как влияние изменений в заработке и статусе родителей на возможность родителя быть образцом достижений для ребенка в соответствии с одной из родительских ролей. Уровень притязаний у молодежи зависит от процессов такого рода так же, как уровень жизни от материальных условий. Например, при понижении доходов дети снижают уровень устремлений и ожиданий поддержки [21; 27]. Хотя механизмы межпоколенного переноса жизненных притязаний еще до конца не ясны, без сомнения, родители влияют на притязания своих детей посредством жизненного стиля и взаимодействия в общении, передают им свою точку зрения на качество различных профессий, обусловленную их собственным экономическим и культурным контекстом.
Если задаться вопросом, в каких социальных группах по признаку занятости особенно велики опасности для детского развития, то прежде всего нужно отнести к группе риска те семьи, в которых родители продолжительное время не имеют работы. Фланаган [21] смогла обосновать утверждение, которое имплицитно содержалось во всех предыдущих наших рассуждениях, заключающееся в том, что и дети родителей, сумевших использовать экономические изменения в свою пользу или по крайней мере сохранивших свой социальный статус, подвержены неизбежным негативным последствиям, возникающим в ходе приспособления к этим изменениям. Таким образом, группа риска оказывается шире, чем предполагалось. Автор исследовала с помощью метода случайных выборов более двухсот семей, в которых родители временно не имели работы. В течение двух лет исследования эти родители оставались безработными от одного до восемнадцати месяцев, но большинство из них все-таки нашли новую работу. Кроме того, благодаря получению компенсационных выплат, эти семьи едва ли переживали ощутимые потери в доходах и, по сравнению с длительно неработающими, то есть по-настоящему бедствующими семьями, были более удовлетворены своим уровнем жизни.
Отношения между детьми и родителями в этих семьях указывают на следующую особенность: с одной стороны, родители достаточно активно побуждают детей к построению честолюбивых планов на будущее, в том числе профессиональных, чтобы они добились более высокого, чем у родителей, профессионального статуса. С другой стороны, родители в таких семьях меньше заботятся об обеспечении хорошего образования своих детей и демонстрируют меньшую готовность оказывать им достаточную финансовую поддержку. Эти родители, по сравнению с родителями из других семей, предъявляют большие требования к своим детям и одновременно предоставляют им меньшую поддержку, несмотря на то, что имеют более высокий уровень дохода, чем бедные семьи. Временно безработные родители, вероятно, занимаются своими собственными проблемами, чтобы снова упрочить свой профессиональный статус, переквалифицироваться. Они борются за сохранение уровня жизни и пренебрегают при этом поддержкой и ориентированием своих подрастающих детей. Дети из этих семей так же успешны и так же соответствуют школьным требованиям, как и дети преуспевающих родителей, однако обладают более низким социальным статусом, у них более скромные планы на будущее. Последствия экономической необеспеченности родителей выливаются в стремление к сиюминутной обеспеченности, поиску подработок и финансового успеха, а не успеха в учебе (о низкой школьной мотивации у детей из семей с временно неработающими родителями см. [43; 58]).
До сих пор мы не рассматривали одну из составляющих частей нашей модели, которая также является изменяющимся условием детского развития, а именно структуру личности ребенка. Влияние экономической ситуации и социальных условий в семье на детское поведение опосредствовано собственными психологическими качествами ребенка. Такое опосредствование влияния окружения сказывается в течение всей жизни человека. Тем самым качества ребенка открывают возможность поддержки и воздействия со стороны педагогов и психологов, которые хоть и не могут изменить экономическую ситуацию, но способны усилить возможности сопротивления ребенка трудностям в семье посредством педагогических мер воздействия. Следует заметить, что почти для всех детей из семей, находящихся в ситуации кризиса, поддержка, оказываемая институтами социальной помощи, является необходимой только в течение некоторого времени, так как на большинстве семей последствия профессиональных изменений и бедности сказываются в течение ограниченного времени, и могут быть исправлены, если экономическая ситуация снова изменится. Так, например, бедность и безработица уменьшают готовность родителей соответствовать потребностям подрастающего ребенка, однако, возобновление работы зачастую быстро уменьшает напряжение в детско-родительских отношениях [41].
Но какие качества ребенка можно и нужно поощрять, чтобы улучшить общую ситуацию и предпосылки его развития? Хотя физическая привлекательность и темперамент ребенка оказывают влияние на взаимодействие и тем самым на преодоление трудностей в семье, (например, привлекательные дочери или дружелюбные и легко приспосабливающиеся дети реже страдают от запретов отца [15]), эти качества едва ли можно сделать предметом осмысленного педагогического воздействия. Возможность успешно ответить на поставленный вопрос предполагает исследование устойчивости по отношению к внешним воздействиям (Resilience-Forschung)1.
Это направление исследований в психологии, которое стремится к преодолению пренебрежения общественным контекстом развития ребенка, которое часто критикуется в рамках психологии развития, посвящено проблеме, почему дети, вопреки осложняющим ситуацию негативным факторам развития, впоследствии нередко становятся психологически и социально здоровыми личностями. Этот факт, впрочем, можно зафиксировать не только на примере немногих успешных людей. Особенно убедительные примеры предлагают исследования Вернера и Смита [65], и Фестингера [20]. Фестингер исследовал в своей работе развитие 277 молодых людей. Эти люди в период с раннего детства до зрелости содержались в приютах Нью-Йорка; 68% из них меняли место пребывания три и более раз. Пренебрежение со стороны других людей, жестокое обращение, а также болезни родителей в той или иной степени переживались этими детьми на протяжении многих лет. Соответственно, в юности они имели постоянные проблемы в школе. Десятью годами позднее, когда этим людям было около тридцати лет, Фестингер сравнил их с людьми того же возраста, проживающими вне города, составившими контрольную группу. Удивительный результат: обе группы не различались ни с точки зрения количества безработных, ни с точки зрения состояния здоровья, планов на будущее, эмоциональной удовлетворенности или их «ощущения счастья». Поэтому не было никаких признаков того, что детей людей из основной группы необходимо содержать в приютах, или что они больше других нуждаются в общественной помощи.
Таким образом, исследование устойчивости (Resilience-Forschung) выявляет механизмы, формирующиеся в ходе развития и под воздействием ситуации, которые обуславливают защитные процессы [23; 51]. Эти исследования объясняют, почему дети реагируют очень по-разному на препятствия в развитии и позднее часто хорошо компенсируют вред, нанесенный им на ранних этапах развития. К основным защитным механизмам Руттер [52] относит:
(1) уменьшение влияния факторов риска (например, посредством надлежащего родительского контроля или устранения детей из ситуации родительских конфликтов),
(2) избегание «цепных реакций» из потенциальных факторов риска (например, через обучение эффективным социальным стратегиям преодоления конфликтов и решения проблем, а также через разъяснение опасностей ранней беременности и злоупотребления наркотиками, как формирование копинговых механизмов),
(3) поддержка нормальной самооценки и убежденности в собственной способности к действию (например, через надежные и поддерживающие межличностные отношения, через успешность в принятии задач и социальной ответственности или посредством помощи в переработке стресса, необходимой для успешного развития),
(4) указание новых путей развития (к ним относятся образовательные и профессиональные возможности, расширение возможностей в выборе спутника жизни, а также устранение из семейного окружения, если родители небрежны в воспитании ребенка),
(5) поддержка необходимого для развития осмысления негативного опыта (например, через социальное принятие или через выявление позитивных аспектов).
Прежде чем говорить о взаимосвязи этих защитных механизмов и о предложениях по воспитанию ребенка, необходимо также указать на ограничения понятия устойчивости для объяснения процессов развития (о теоретических и методологических слабостях этой концепции см. [51; 67]). Устойчивость не является универсальным личностным конструктом, но зависит от условий окружения, индивидуальных факторов и задач развития, взаимодействующих между собой [51]. Иными словами, устойчивость изменяется в зависимости от различных сфер жизни с их специфическими проблемами, а также в процессе жизни. Кроме того, устойчивость зависит от (успешного) противостояния опасностям. Она так же, как и личностные качества, лежащие в ее основе (например, ощущение собственной ценности, активность в решении проблем) не закладывается раз и навсегда в детстве, но тесно связана с жизненным опытом. Поэтому, вышеназванные авторы указывают также и на то значение, которое имеет успех при приспособлении к новым требованиям и изменению референтной группы вследствие преобразования контекста (поступление в школу, переход к самостоятельной организации своего рабочего времени, построение любовных отношений, поступление на работу) для необходимого дальнейшего развития устойчивости в процессе жизни: защитные механизмы развиваются не в отсутствие опасностей и трудностей, а через взаимодействие изменяющих друг друга сложных и рискованных ситуаций, и нередко инициируются поворотными жизненными обстоятельствами.
Теперь, в заключение, перейдем к вопросам воспитания ребенка. Бедность и безработица, но также и профессиональный рост могут способствовать неуспешному выполнению родителями роли воспитателя, направляющего ребенка; нельзя исключить того, что в таких семьях защитные механизмы не работают или работают неполноценно. Происходящие отсюда опасности для развития ребенка нельзя недооценивать, тем более, что требования к успешности воспитания возросли. В этой ситуации школы и детские сады должны пытаться восполнить недостающее отношение, ориентирующее воздействие и поддержку со стороны родителей; они сами должны стать защитным фактором. Что это требование означает для школ и учителей, хорошо проанализировано в возрастной психологии и психологии развития (см. [1; 10; 38; 53; 58]): необходимо создавать жизненно актуальное содержание образования, возможность получения удовольствия от учебы, хорошую организацию обучения — прежде всего, планирование и структурирование урока, избегание неадекватно высоких и низких требований к ребенку, постановку приемлемых для ребенка целей развития, включение его в социальные структуры одноклассников, учителей и всей школы, принятие адекватных мер по отношению к деликвентному поведению и пр.
На уровне детских садов связь между таким психологическим качеством, как устойчивость, и воспитанием ребенка остается еще неясной. Несмотря на это, можно утверждать, что дети оказываются защищенными от трудностей развития, если воспитатели:
(1) способствуют развитию таких личностных качеств ребенка, как высокий уровень активности, интеллекта, социабельность и коммуникативность, а также не в последнюю очередь, чувство собственной ценности, убежденность в собственной способности к результативному действию, опыт собственной успешности,
(2) обеспечивают ребенку социальную отзывчивость в группе и, в особенности, эмоциональную поддержку в ситуации стресса,
(3) последовательно и надежно структурируют требования к ребенку и его социальные отношения. Это означает, например, что воспитатели предлагают соответствующие уровню развития ребенка роли и обязанности, надлежащим образом контролируют их выполнение, а также при всем вышеназванном дают ориентиры и награждают компетентность и решимость [51; 65].
Если воспитатели в детских садах и позже школьные учителя смогут выполнить эти функции, играющие роль защитного фактора, и обеспечить ребенку поддержку во время семейных кризисов, последствия социальных изменений, к которым относятся и приобретения, и потери, могут быть продуктивно переработаны уже сегодня, а также и в дальнейшей жизни большинством детей. В качестве вывода из исследований устойчивости (resilience) и психологии развития Руттер [52] констатирует очевидность возможного вклада ранней педагогики в воспитание качества устойчивости у детей. Он рекомендует проводить в детских садах непрерывно в течение продолжительного времени мероприятия, обеспечивающие развитие этого качества, ориентируясь при этом на требования будущей социальной ситуации, например, в школе. Необходимо также, чтобы родители поняли необходимость подобных воспитательных воздействий. Прежде чем детские сады смогут сделать свой вклад в подготовку детей к последующим требованиям, должны быть разработаны надлежащие методы, которые должны реализо-вываться с высоким педагогическим мастерством.
Рекомендуем почитать