Мир психологии

Телевещание—телезритель: новости

Разными способами познает человек мир и то, что в нем происходит. Сегодня один из источников такого познания — это телеинформация. Выпуски теленовостей, которые стали для многих наших современников просто необходимыми, дают возможность везде побывать и все узнать, а специфика их восприятия создает впечатление личностного присутствия и соучастия. Событие на телеэкране достоверно (в силу специфики ТВ) и потому проецируется в сознании человека как подлинное (реальное); соответственно, телеканал, представивший его, воспринимается как правдивый и объективный. Никто не станет возражать, однако, что документальные кадры на телеэкране — это не сама реальность, а всего лишь один из возможных вариантов ее отражения, даже в тех случаях, когда происходящее старательно «протоколируется» телекамерой: так, съемку одного и того же события можно провести с разных ракурсов, по-разному использовать диафрагму для увеличения и приближения, можно в одних случаях обратить внимание, а в других — не заметить (в силу разных причин) сопутствующие основному действу детали и нюансы. Новостные телепрограммы, сообщающие, казалось бы, об одном и том же, тем не менее различаются нюансами, благодаря которым люди и отдают предпочтения одним телепрограммам и телеведущим и — избегают других. Эти нюансы, или то, что кроется «между строк», а в нашем случае — между кадрами — интенционалъные различия. О том, насколько важны для телезрителя именно эти различия, а не что-то другое, свидетельствуют данные, полученные нами при изучении особенностей восприятия телепрограммы «Вести»: прежде всего при выборе информационной программы люди ориентируются на саму телепрограмму (53,7%опрошенных), затем — на ее ведущего (10,4%) и только потом — на свои привычки (10,4%) и на время выхода телепрограммы в эфир (9,7%).
Можно выделить несколько интенционалъных вариантов общения коммуникатора с аудиторией при подаче новостей: 1) нейтральный; 2) воздействующий; 3) нейтральный с элементами оценки.
Еще три-четыре года назад на ряде российских телеканалов в новостных телепрограммах главенствовала интенция гипертрофированной нейтральности, то есть такая манера сообщения новостей, при которой позиция, точка зрения, любые элементы оценки со стороны коммуникатора тщательно скрываются. Этот способ подачи событий пришел на смену прежнему, связанному с пропагандистскими задачами советского периода, которому СМИ следовали до 1991 года. Такая сугубо нейтральная манера стала оцениваться (и журналистами, и большинством исследователей телевещания) как прогрессивная, поскольку исключала, по их мнению, воздействие. Считалось, что именно такого общения и жаждет аудитория. Проведенное нами в 1997 году изучение восприятия телепрограмм «Вести» и «Зеркало», однако, показало, что интенция гипертрофированной нейтральности не исключает воздействия, поскольку создаваемое ею впечатление объективности и непредвзятости коммуникатора «усыпляет» естественную бдительность человека к любому влиянию, и тогда для значительной (не всей!) части аудитории достаточно буквально небольшого намека или случайной, казалось бы, реакции собеседника, приглашенного на передачу этим «предельно нейтральным» телеведущим... — и желаемое изменение в сознании человека достигнуто. Кроме того, такая интенция, как выяснилось, раздражает тех проницательных людей, которые все-таки способны ее «расшифровать», и притупляет внимание и желание к познанию мира у других — настолько, что увиденное на экране воспринимается фоном: «что-то об экономике», «что-то о политике» [3].
Прослеживание модификаций интенций новостных телепрограмм последнего десятилетия показывает, что изменения в социуме, такие, например, как парламентские или президентские выборы, дают всплеск воздейст-венным интенциям и, наоборот, периоды политического «затишья» влекут за собой интенцию гипертрофированной нейтральности, используя которую, телеканалы «зарабатывают очки» объективности и корректности в глазах телезрителей. Соответственно, теленовости 1999 и 2000 годов, то есть периода парламентских и президентских выборов, уже не были нейтральными: практически все телеканалы оказались вовлеченными в политическую борьбу, используя для этого не всегда корректные методы. Так, в этот период стала активно использоваться интенция «все плохо» («Время», «На самом деле»), а тележурналисты будто забыли о популярной доселе идее нейтральности (С. Доренко, М. Леонтьев, Е. Киселев, Д. Киселев и др.).
Забыта нейтральность и в «Вестях» — сегодня здесь явно просматривается стремление убедить аудиторию в правомерности государственной стратегии, что естественно и правомерно для государственного телеканала. Однако проявляющиеся порой в общении с телезрителем такие личностные нюансы интенции, как давление и безаппеляционность, что, возможно, усугубляется индивидуальной манерой некоторых телеведущих, нарушает диалог со значительной частью зрителей. Результатом нового стиля телепрограммы, или, по определению телекритика Э. Николаевой, «агрессивно-государственного имиджа» (МК, 2000, № 224, 5 октября), оказываются ее невысокие рейтинговые показатели. Неумение входить в диалог с аудиторией, находить нюансы той самой, единственно возможной в каждом конкретном случае интенции, чревато коммуникационными сбоями.
Современные социальные процессы, в том числе передел телевидения (ОРТ, НТВ), многократные перемещения на телеканалах также постоянно влияют на интенциональные особенности общения с телеаудиторией, причем не всегда в сторону диалога.
Положительную оценку телезрителей получает, как показали наши исследования, такая форма общения: нейтральная по манере подача информации, содержащая, тем не менее, ненавязчивые элементы оценки, ориентированные на общечеловеческие ценности, на позитивные изменения, то есть общение, несущее некий определенный и одобряемый большинством телезрителей смысл.