Мир психологии

Различение и выделение определенных человеческих атрибутов

Следующий уровень понимания, третий из выделенных, уровень-масштаб, предполагает различение и выделение уже определенных человеческих атрибутов. Пожалуй, это наиболее характерно для повседневной практики. Житейская мудрость весьма богата сентенциями, соотносящими и противопоставляющими различные атрибуты: «По одежке встречают, по уму провожают»; «Мал, да удал»; «Велика Федора, да дура» и т. д., и т. п.
Человеческие атрибуты чрезвычайно многообразны, и это многообразие детерминировано разнообразием отношений, складывающихся у человека с миром. Понимание в этом плане всегда предполагает учет ситуации, в которой становятся актуальными определенные атрибуты, учет «конкретных взаимоотношений человека с окружающим» [15. Т. 2. С. 159]. А чтобы распознавать индивидуальное своеобразие и правильно интерпретировать его проявления, этому нужно специально учиться в процессе более или менее длительного и близкого общения с человеком [15. Т. 2. С. 159].
Когда моя дочь была маленькой, я водил ее в детский сад. Как-то раз мы пришли в группу почти одновременно с мальчиком Сашей и раздевались рядом. И Ксюше, и Саше было тогда около четырех лет. Саша жевал конфету, еще две конфеты были у него в руках. Озабоченная Сашина мама торопливо расшнуровывала ему ботинки и стягивала рейтузы. Ксюша, увидевшая конфеты, проглотила слюну и, обращаясь как будто бы только ко мне, тихо сказала тоном послушного и смирившегося с обстоятельствами ребенка: «Если есть много конфет, зубы выпадут...» Я молча погладил ее по голове, пытаясь хоть как-то смягчить возникший «когнитивный диссонанс»: «видит око, да зуб неймет». Саша продолжал сосредоточенно жевать. Немного погодя он остановился и произнес с явной обидой в голосе, довольно громко и даже с вызовом, как будто жалуясь своей маме: «А Ксюша сказала, что она мне все зубы выбьет!..»
Четырехлетний Саша обратил внимание на два последних слова из шести, произнесенных Ксюшей. Выпадение зубов для Саши оказалось связанным только с одним, очевидно, хорошо ему известным обстоятельством: зубы люди выбивают друг у друга. Вероятно, Саше пришлось слышать подобные словесные угрозы, и Ксюшины слова всего лишь наложились на уже знакомую ему формулировку. А то, что в нее не улеглось, было просто отброшено. В результате сложилось мнение о якобы угрозе со стороны девочки. Вот такой была моя интерпретация этого маленького происшествия. Подобные недоразумения и среди детей, и среди взрослых могут приводить — и приводят — к деконструктивному развитию отношений.
В молодости, когда я начинал преподавать психологию, среди прочих уроков, данных мне студентами, был и такой. Получив «четверку» после собеседования, достаточно трудного для обеих сторон, студентка, очевидно, будущая мама в ближайшей перспективе, спросила, можно ли ей быть со мной откровенной. Я ответил утвердительно и услышал буквально следующее: «Вы, Борис Алексеевич, не умеете разговаривать со студентами. Потому, что Выдумаете, что они думают...»
Разумеется, я не мог не принять к сведению данный факт «обратной связи». Но в своей работе я не мог и игнорировать фактов: среди студентов все-таки есть люди, склонные к размышлению, к целенаправленному осмыслению того, с чем они имеют дело. И любой преподаватель сталкивается с необходимостью учитывать эмпирические вероятности того, как распределены учебные установки в его аудитории.
Довольно распространен случай, когда заинтересованные лица, говоря об одном и том же человеке, выделяют различные его грани, то есть обнаруживают различное его понимание. Иногда это бывает полезным, — если есть готовность конкретизировать свою позицию, обогащая ее иными взглядами, и, тем самым, вырабатывать общую позицию. Иногда различное понимание становится причиной неудовольствия, — если предполагалось, что другая сторона должна иметь ту же точку зрения или безоговорочно встать на нее, отказавшись от собственной.
Вот классный руководитель говорит матери школьника, вызванной в школу, о неудовлетворительной дисциплине и плохой успеваемости ее сына. А мать, в свою очередь, рассказывает учительнице о том, как сын помогает ей по дому и как опекает маленькую сестричку. В данном случае очевидна необходимость объединения педагогических усилий. Так же очевидно, что это объединение должно иметь положительную основу; в данном случае таковой является материнская позиция. Но сможет ли учитель принять подобную перспективу и действовать в соответствии с ней?..
Бывает, что люди произносят одно и то же, а имеют в виду различные вещи. Так, в активном словаре младших школьниц при выражении мнений о людях встречаются такие номинации, как «равнодушие» и «честолюбие». Однако по контексту их использования становится ясно, что девочки имеют в виду совсем не то значение этих слов, какое характерно для современных взрослых носителей русского языка и раскрывается в словарях. Личностный опыт школьниц складывается таким образом, что они называют «равнодушными» тех, кто «одинаково душевно относится ко всем людям». А честолюбивыми они называют тех, кто «опрятен и любит чистоту». Тем самым появляется оправдание и у наличия буквы «и» в первом слоге слова «честолюбие» при письменных ответах. Суждения на основе контекстуального подхода — на основе «анализа через синтез» — подкрепляются результатами уточняющих бесед со школьницами.
Подобные семантические открытия делает всякий, кого интересуют мнения и взгляды других людей. И нормативная многозначность слов (омонимия), и вариативность значений, выходящая за рамки речевых норм, на практике ограничиваются за счет определенности ситуации, в которой порождается речь. Определенность ситуации накладывает ограничения и на вероятное синонимическое разнообразие в словарном составе высказываний. Определенным становится речевой поток, который образует фон (контекст) для каждого следующего высказывания [13].
В научных рассуждениях о человеке, как правило, больше строгости и определенности, чем в бытовых. Но и здесь разнообразие весьма и весьма велико. Различны науки о человеке, различны традиции подхода к человеку, различно содержание понятий, составляющих когнитивное ядро в значениях одних и тех же слов [3; 10; 14; 17; 20; 21]. В числе таких слов, иногда используемых даже как термины, — слово «личность». Насчитываются десятки и десятки определений его значения. Здесь не место их обсуждать, и я ограничусь одним противопоставлением. Те, кто под личностью понимают отдельного человека, говорят, в частности, о «личностно ориентированной педагогике». И это является современным аналогом «индивидуального подхода», о необходимости которого в условиях отечественной массовой школы так много говорилось и писалось в недавнем прошлом. Те же, кто понимает личность как социальный атрибут человека, не видят смысла ни в выражении «личностно ориентированная педагогика», ни в выражении «направленность личности», ни в других конструктах, подразумевающих субстанциализацию атрибута.
Взаимопонимание при обсуждении темы «человек» с использованием слова «личность» возможно при условии, что каждая из сторон считается с семантикой данного слова для другой стороны. В оптимальном случае расширяется область актуальных значений с обеих сторон, и на этой основе формируется семантическая общность. Появляется объективная почва для взаимодействия по поводу имеющихся взглядов на личность и для рассуждений о ней в более широком контексте. Однако всегда приходится решать вопрос о совместимости двух позиций в рамках одной или о возможности включения одной в другую с последующей ассимиляцией.
Но вот как будто бы совпали позиции в отношении того, о каких атрибутах познаваемого человека идет речь. В этом плане понимание есть: и понимание познаваемого, и понимание познающих относительно познаваемого.

Рекомендуем почитать

• Использование методов математической статистики